email: info@ranir.ru
Рус | Eng

Поиск по сайту

13.02.2013

Замужество – основная причина ВИЧ у женщин в Индии и других странах


Индия находится на третьем месте в мире по числу людей, живущих с ВИЧ, но это объясняется многочисленностью населения страны (1,15 миллиарда человек). В целом, уровень распространения ВИЧ остается относительно низким. Тем не менее, некоторые группы населения Индии подвержены повышенному риску вируса. Одна из таких групп – это замужние женщины. У женщин очень низкий уровень знаний, и у них нет власти в семье, чтобы защитить себя от инфекции, в то время как их мужья занимаются сексом вне брака или употребляют наркотики. Этот же феномен наблюдается не только в Индии, но и во многих других странах, в том числе развитых.

Когда в индийской семье появляется ВИЧ, то очень часто это приводит к остракизму жены. Высокий уровень предрассудков в отношении ВИЧ, низкий уровень знаний о вирусе и патриархальное общество мешают женщинам отстоять свое право на здоровье. Индия – это наглядный пример того, как консервативный брак может стать барьером для профилактики ВИЧ/СПИДа и выживания людей. В Индии 80% случаев передачи ВИЧ происходят во время гетеросексуального секса, а женщины составляют 39% случаев ВИЧ-инфекции среди взрослых.

В статье для американского журнала POZ, фотожурналист Изабелль Зипфель комментирует ситуацию со СПИДом в Индии. С помощью историй трех женщин, живущих с ВИЧ, она наглядно демонстрирует, что если обеспечить человеческие права женщин, то это уменьшит число случаев ВИЧ/СПИДа, и не только в Индии, но и во всем мире.

В Индии ВИЧ – это не просто инфекция, это термин, который связан со всевозможными страхами, предрассудками и слухами. Для многих женщин с ВИЧ/СПИДом социальный остракизм и исключение из общества гораздо страшнее, чем сама инфекция. Именно поэтому большинство тщательно скрывают свой ВИЧ-статус.

Криминализация и социальные гонения так называемых «групп риска» - мужчин, практикующих секс с мужчинами (МСМ), секс-работников, потребителей инъекционных наркотиков – также способствуют тому, что многие случаи ВИЧ-инфекции остаются неизвестными.

Отсюда происходит парадокс – несмотря на растущее число новых случаев, ВИЧ-статус жителей Индии остается тайной за семью печатями. Согласно Глобальному отчету Объединенной программы ООН по ВИЧ/СПИДу (ЮНЕЙДС) за 2010 году в стране около 2,4 миллионов человек живут с ВИЧ/СПИДом. Однако реальное число может быть в несколько раз выше, поскольку большинство людей никогда не сдавали анализа на ВИЧ.

Система здравоохранения Индии только способствует дальнейшей дискриминации и стигматизации людей с ВИЧ/СПИДом. С историями болезни людей, затронутых эпидемией, зачастую обращаются очень небрежно, а люди с ВИЧ часто получают худшие медицинские услуги. Нередки случаи, когда людям с ВИЧ полностью отказывают в необходимой медицинской помощи. Вкупе эти факторы подрывают все усилия по адекватному лечению ВИЧ-инфекции, профилактике и образованию.

Индия – это очень патриархальная страна, женщины систематически оказываются беспомощными и подчиненными мужчинам, что повышает их уязвимость перед ВИЧ/СПИДом. В Индии большинство женщин не имеют права на сексуальное самоопределение. Из-за древних индийских традиций, большинство женщин до сих пор не выбирают сами, за кого им выйти замуж. На сегодняшний день до 90% браков в стране – это браки по договоренности между семьями.

Если женщина оказывается ВИЧ-положительной, она подвергается дальнейшей дискриминации. По умолчанию жену будут винить в том, что она инфицировала своего мужа. Хотя в большинстве случаев именно мужчина приносит ВИЧ в семью, социальному остракизму подвергают женщину, после чего ее обычно прогоняют из дома.

Поскольку у замужних женщин обычно нет работы вне дома и собственных источников дохода, то им остается только вернуться в родительский дом – и это в лучшем случае, поскольку и туда женщину могут не пустить. Многие не хотят признаваться родным, что они потерпели неудачу как жены и дочери. В результате, ВИЧ-положительный статус моментально лишает женщину экономических, социальных и межличностных ресурсов.

Многие люди с ВИЧ/СПИДом решают отказаться от обычных традиций и норм жизни в Индии, они отвергают кастовую систему и религиозные правила. Люди, живущие с ВИЧ, пытаются найти свое место в этом костном и иерархическом обществе. Говоря кратко, людям с ВИЧ приходится заново отвечать на вопрос о том, кто они такие и как они будут жить.

Ниже приведены три правдивые истории. Их рассказали три индийские женщины, которые инфицировались ВИЧ от своих мужей. Их имена не указываются, чтобы защитить их право на личную жизнь и безопасность.

Я сделала фоторепортаж и серию интервью при бесценной поддержке Сети позитивных женщин Дели, которая помогла мне найти местные контакты.

Дж., 24 года

Мне 24 года, я вдова. Я вышла замуж, когда мне было 16 лет. Моя мать устроила этот брак. Моему мужу было 28 лет. Но моему отцу муж не понравился. Он всегда говорил моей матери: «Не выдавай мою дочь за этого мальчика, она еще слишком молода». Моей матери нравился мой муж. Его финансовое положение было очень хорошим. В первую брачную ночь мой муж начал трогать меня. Я просила его этого не делать, я не чувствовала себя готовой, я была слишком молода. Моя свекровь была очень хорошей – какое-то время спустя она пришла в нашу комнату и сказала моему мужу ничего со мной не делать. Она отвела меня в свою спальню и разрешила спать там. Так что первую брачную ночь я провела рядом со свекровью.

Три дня спустя мой муж опять начал меня трогать. Я снова очень испугалась. Я снова отказала ему. Я пошла к моей свекрови. Через 15 дней мой муж начал пить. Он был очень мной недоволен. Однажды он напился, пришел в нашу комнату и начал трогать меня. Он заставил меня заниматься с ним сексом. Мой муж все время был пьян, хотя свекровь и говорила ему не пить. Она ему говорила: «Не делай этого, нужно хорошо с женой обращаться, нужно заботиться о ней». А он ее не послушал. Он так думал: «Она моя жена, так что пусть терпит – это ее долг».

После всех этих разговоров он всегда шел прямиком в винный магазин и напивался в стельку. Потом приходил домой. Качался. Падал. Потом заходит в комнату и зовет меня. Снимает с меня одежду, заставляет заниматься с ним сексом. И так каждый день. А после этого его всегда рвало прямо на пол. Я о нем заботилась, мыла его. Комнату убирала. Никогда про это ничего не рассказывала, он ведь мой муж. Если бы я рассказала, мне бы ответили: «Ты же его жена, ты с этим и справляйся. Это твой долг».

У моего мужа была хорошая работа, но он много пил. Так что работу он потерял. Его начальник сказал, чтобы он больше не показывался в офисе. В то время он постоянно хотел заниматься со мной сексом. Так что я приучила себя просто ложиться на кровать и терпеть. Я говорила ему: «Я не хочу заниматься сексом, но если тебе это нужно, просто сделай это». Потом он перестал заниматься со мной сексом, он вообще перестал меня замечать. Он даже не знал, где я была.

Через какое-то время я забеременела. Потом опять забеременела. Мой муж начал много болеть. У него целый месяц была лихорадка. Я сказала ему, чтобы он шел в больницу. Врач обнаружил, что у него сильные повреждения в разных частях тела, потому что он постоянно принимал наркотики. Но врач так и не смог сказать, почему у моего мужа не проходит лихорадка. Врач дал ему какое-то лекарство, но лекарство не помогло. Потом он взял анализ на ВИЧ. Результат был положительный. Врач спросил меня: «У вашего мужа были отношения с другой женщиной? Муж был удовлетворен? Вы же понимаете, что он бы не пошел к другой женщине, если бы вы его удовлетворяли?» Я ответила: «Мой муж удовлетворен». Врач сказал, что мы с дочерями тоже должны сдать анализ. Оказалось, что я и одна из моих дочек ВИЧ-положительные.

Сестра мужа начала ставить мне отдельное ведро с водой для душа. Она покупала себе свое собственное мыло. Когда она готовила, она просила меня не прикасаться к овощам. Она всем соседям сказала, чтобы они не говорили со мной. Она всем разболтала, что я ВИЧ-положительная. Все вокруг начали оскорблять меня. Семья мужа говорила, что это я виновата, что он ВИЧ-положительный. Они обвинили меня в изменах, сказали, что это все моя вина.

Однажды моя семья попросила меня отправиться в паломничество в Лакнау. Мы с мужем отправились туда одни. Так что мой муж считал, что он может делать все, что ему вздумается. Ему больше не советовали пить лекарства и не прикасаться к спиртному. Он начал сильно пить и есть скоромное. Он забыл, что надо принимать лекарства. Его здоровье сильно ухудшилось. Начался туберкулез. Мы решили отвезти его в больницу. По дороге в больницу он умер. Мне тогда был 21 год.

После этого я осталась одна в доме с двумя детьми. Сестра мужа устроила мне много проблем. Одену я новое платье, а она спрашивает: «С чего это ты так вырядилась?» Говорила мне, чтобы я не красилась. Обвиняла меня, что я надеваю новые платья и крашусь, чтобы завлечь нового мужа. Она говорила: «Ты мне просто завидуешь, потому что ты вдова». Так что я начала носить простые платья и больше не красилась.

Если ко мне кто-то приходил, то сестра мужа кричала: «Она ВИЧ-положительная, она проклята». Все мои родственники просили меня снова выйти замуж, просто чтобы я уехала из дома. Теперь у меня со всем нет денег. У меня нет работы, никто мне не помогает. Муж умер, так что денег на жизнь мне никто не даст. Я выхожу из дома только вместе со свекровью. Люди спрашивают: «Почему ты везде таскаешь за собой свекровь? Ходи одна!» А одна я никуда не доберусь, потому что у меня даже на автобус денег нет. Хожу теперь пешком.

С., 28 лет

Мне 28 лет, и я замужем. Поначалу моя жизнь в браке была замечательной, но шесть месяцев спустя мой муж начал очень сильно болеть. У него были проблемы с желудком и лихорадка. Он очень сильно болел. Весил всего 32 килограмма. Врач давал ему очень много лекарств, но ничего не помогало.

Один друг сказал мужу сдать анализ на ВИЧ. Результат был положительным. Врач написал на карте, что мой муж ВИЧ-положительный. Так что все вокруг про это узнали. Медики советовали всем не прикасаться к моему мужу, якобы он заразный. В больнице ему давали еду в последнюю очередь. Его койка была в отдельной палате, очень грязной. Там было много пыли и полно комаров.

Два дня спустя я забрала мужа домой. Мать начала разделять всю посуду. Постели были отдельные, комнаты отдельные. На следующий день кто-то нам посоветовал отправиться в больницу в Дели. Так что я поехала туда со своим мужем. Врач прочитал про его ВИЧ-статус и сразу начал бормотать, мол, нет у них свободных мест. Сказал поговорить с кем-нибудь еще в больнице. Мы ходили то вверх, то вниз. Посылали нас то в один кабинет, то в другой. Мой муж был очень слаб, он ноги еле передвигал.

После трех дней хождения по больнице стало ясно, что мужа туда не положат. Врач сказал, чтобы я забирала его и сама ухаживала за ним. И еще сказал, что мне самой надо сдать анализ. Результат был положительным. И все это случилось через полгода после свадьбы.

Когда семья моего мужа узнала, что мой муж ВИЧ-положительный, все начали на меня орать. Моя свекровь и остальная семья заявили, что все проблемы начались с того, что я пришла в их дом. Они сказали: «У нашего мальчика все проблемы из-за тебя. Это ты дрянная девка. Ты недостаточно хороша для нашей семьи». Они все спрашивали: «Что случилось? До свадьбы наш мальчик был таким счастливым, он все время смеялся, а как только женился, так заболел».

Моя семья меня тоже не поддерживала. Они просто просили меня вернуться домой и бросить мужа. А я хотела жить с ним. Я хотела ухаживать за ним. Не хотела я его бросать. Так что я перестала общаться со своей семьей. Не ходила к ним два года. Один человек сказал мне, что в Дели есть хоспис для ВИЧ-положительных. Я туда съездила, и мужа положили к ним. Все советовали мне лечь в хоспис для женщин. Но в том хосписе большинство женщин принимали наркотики. Не хотела я там оставаться.

Денег у меня никаких не было. Работы у меня не было. Антиретровирусные препараты тогда были жутко дорогие. Я не могла себе их позволить. Днем я оставалась в палате мужа. Там я научилась ухаживать за пациентами. Прошло время, и я начала искать работу сиделки. Когда я устроилась сиделкой первый раз, то зарплата моя была 1500 рупий (около 33 долларов). На эти деньги я начала новую жизнь. Я жила одна, я везде ходила одна. Меня некому было защищать. Мужчины следили за мной. Таращились на мою грудь. А муж меня защитить не мог.

Я начала давать интервью журналистам о жизни ВИЧ-положительного человека. Тогда моя семья снова начала меня обвинять, потому что мой брат не смог найти жену. Они говорили: «Это ты виновата – все знают, что ты ВИЧ-положительная». Я подумала: «Я в Дели, мне надо как-то выживать. Это моя жизнь. Я должна заботиться в первую очередь о себе». Прошло три года, мой брат, наконец, женился, и моя семья хотела, чтобы я приехала на свадьбу. Я не поехала, боялась, что они снова начнут обвинять меня во всех смертных грехах.

Теперь у меня очень тяжелая депрессия. Я спрашиваю себя: «Должна ли я умереть? Должна ли я покончить с собой?» Мне кажется, у меня очень плохая жизнь. Я совсем ею не довольна. Семья мне никак не помогает. Семья меня не любит. Только мой муж меня любит и все. Я разочаровалась в жизни. Единственно, что мне нужно – это любовь. Есть ли кто-то, кто сможет любить меня? Мне ни деньги, ни вещи не нужны. Мне только любовь нужна. Но кроме мужа меня никто не любит.

Вчера мне стало плохо. Муж позвонил моему брату вечером. А брат ответил: «Перезвони утром, сейчас мне некогда».

И., 37 лет

Мне 37 лет, я замужем второй раз. Я вышла замуж в 16 лет. Мой муж работал в Дубаи, и он все время уезжал из Дели, чтобы работать там. Иногда он уезжал в Дубаи на три месяца, иногда на полгода, иногда на год.

В Дубаи он кололся наркотиками. Его семья орала на него, говорила бросить наркотики. Моя свекровь спрашивала: «Почему же ты принимаешь наркотики?» Мой муж отвечал: «Мне они нужны».
Он получал 25 000 рупий в месяц (около 554 долларов). Но он никогда не присылал домой никаких денег. Я спрашивала его: «Где же деньги?» А он ничего мне не отвечал.

Тем временем, я родила двоих детей. Я его снова спрашивала: «Куда ты деваешь все деньги?» А он отвечал: «Я тебе не скажу». Я пошла к свекру и спросила его: «Куда мой муж девает все свои деньги? Он получает 25 000 рупий в месяц. Он ничего не присылает домой!» Мой свекор ответил: «Они принимает наркотики и ходит к проституткам. Проститутки в Дубаи просят 6000 за ночь. Он тратит все свои деньги на дурные привычки. Поэтому он не присылает денег домой».

Я начала беспокоиться и перепугалась. Я хотела поговорить об этом с мужем, хотела посоветовать ему не ходить к проституткам, но у меня не было власти, чтобы выговаривать ему. Я никогда не жаловалась на своего мужа, потому что свекор со свекровью обращались со мной очень хорошо.

Когда мой муж жил в Индии, ему никогда не хватало денег на наркотики. Поэтому он пытался продать все подряд. Однажды он попытался продать нашу кровать. Я на него накричала. Тогда он сказал мне: «Ладно, кровать я продавать не буду, но я знаю парня, который заплатит мне 1500 рупий за ночь с тобой».

Он даже продал мою мангал сутру [ожерелье замужней женщины, которое она надевает на свадьбе]. Оно было очень тяжелым. Он орал: «Отдай его мне, я хочу его продать. Мне нужны наркотики». Он взял ожерелье. Я сказала: «Ладно, бери. Но тогда пусть и духу твоего здесь не будет».

В каком-то смысле так и случилось. Однажды мой муж очень заболел. Я сходила с ним в больницу. Врач сказал: «Тело вашего мужа полностью разрушено. Ему остались считанные дни». Его положили в больницу.

Однажды вечером мой муж попросил меня остаться с ним. Я ответила: «Я вернусь утром. Мне не с кем оставить детей». Той же ночью мой муж умер.

После его смерти я вышла замуж за его брата. Он был очень хорошим и заботливым. Я родила моего третьего ребенка. Однажды мой второй муж сильно заболел. Я отвела его в больницу. Врач взял анализ на ВИЧ. Результат был положительным. Его состояние было очень тяжелым. Врач сказал, что мой второй муж не выживет. Я спросила, что можно сделать. Врач сказал мне: «Ступайте домой и ухаживайте за ним».

Врач дал ему антиретровирусные препараты. Лекарства были очень дорогие, а у нас совсем не было денег. Пришлось нам продавать дом.

Год спустя я сделала анализ на ВИЧ моему третьему ребенку. Результат был положительным. Врач сказал, что мне тоже надо провериться. Я сдала анализ на ВИЧ, результат был положительным. Я точно знаю, что мой первый муж был ВИЧ-положительным, это он передал мне вирус. Никто его не тестировал, но в те времена никто и не знал про ВИЧ/СПИД.

Прошло какое-то время, и мой третий ребенок умер.

Во время первого брака я жила хорошо. Мой муж зарабатывал 25 000 рупий, мой свекор зарабатывал 35 000 рупий (775 долларов). Мы были богатыми. У нас был скот, несколько коров и буйволов. Дом у меня был очень большой. Ситуация начала ухудшаться, когда мой первый муж заболел. После этого заболел и второй муж. Нам пришлось потратить так много денег на них обоих, а мне еще надо было найти мужа для дочери и устроить ее брак. Теперь у нас денег совсем не осталось.

Иногда мы завтракаем, а ужинать уже нечем, потому что еды нет. Мой второй муж не работает, он слишком болен. Мой свекор получает маленькую пенсию. Он получает 1000 рупий в месяц. Как можно прожить на 1000 рупий в месяц? Раньше никто не хотел, чтобы я работала вне дома. Теперь все изменилось – денег-то совсем нет. Теперь мне надо зарабатывать деньги. Только где мне найти работу?


К списку новостей

Считаете ли вы, что экстренная контрацепция должна предоставляться женщинам, пострадавшим от сексуального насилия, бесплатно?

© 2010 Российская Ассоциация "Народонаселение и Развитие" (РАНиР)
Лицензия № 77-01-001043 от 12.01.2006
Телефон: +7 (499) 973-14-37, факс: +7 (499) 978-79-85

Информируем, что 23 июня 2015 г. Минюст РФ внес Региональную общественную организацию содействия охране репродуктивного здоровья граждан «Народонаселение и развитие» в реестр НКО, в соответствии с Федеральным законом № 121-ФЗ от 20.07.2012.